Иоанн Павел II вошел в историю Католической церкви как один из самых выдающихся понтификов. Немногим из его предшественников доводилось завоевывать такой авторитет - и как пастыря, и как общественного деятеля, и как политика. Иоанн Павел II был уникальнейшим человеком, отмеченный высшей мудростью. Подобные люди достаточно редко рождаются в мире, еще реже они играют какую-либо заметную роль в социальной жизни человечества. Он сочетал в себе праведность и мудрость, которая позволяла ему до самой смерти ориентироваться в современном мире и быть духовным наставником для всех верующих христиан.
Встав во главе Римско-католической церкви, Иоанн Павел II сломал веками сложившийся образ римского первосвященника. Много сделав для модернизации образа католической церкви, он остался непреклонным в проповедовании принципов, которые, по его мнению, составляют нравственную основу человеческой цивилизации. Он выступал за категорическое запрещение абортов, искусственного оплодотворения, разводов, рукоположения женщин в священный сан.
«Ваше личное, семейное, профессиональное и социальное положение есть следствие, которое не может быть изменено без изменения вашего самосознания», - писал Ч. Д. Тойч. Поэтому в достижении успеха и четко намеченной цели, что так необходимо людям различных профессий, в том числе и историкам, следует руководствоваться следующими принципами:
1. считайте себя удачливыми;
2. ни в шутку, ни всерьез не говорите и не думайте о себе плохо, не предрекайте себе неприятности и «гадости» (каждое слово и мысль как зерно попадает в бессознательное и «дает свои всходы» реализуясь в реальных событиях, - поэтому так важно иметь позитивное мышление, чтобы положительные оптимистические мысли могли реализоваться в позитивных событиях; в противном случае негативные мысли о себе реализуются через некоторый интервал времени в реальные негативные события);
3. не уклоняйтесь от принятий решений;
4. любите себя (или, по крайней мере, постарайтесь себе нравится) и любите других людей (или, по крайней мере, постарайтесь, чтобы они вам нравились); чем хуже вы будете думать и относиться к людям, тем хуже эти люди реально будут вести себя по отношению к вам - они бессознательно отражают ваши негативные мысли - излучения и невольно реализуют их в негативных действиях по отношению к вам;
5. считайте все достижимым;
6. рассматривайте все события как благоприятные;
Прошло два года с «Положения о выходе из крепостной зависимости».
Что же в эти два года сделано? Дана ли крестьянам земля? Дана ли воля? Дана ли та земля, которая по правде не чья иная, как крестьянская, народная? Дана ли та воля, которая по правде народу приходится?
Землю русскую заселяли не царь и не казна, не дворяне и не чиновники. Землю русскую заселял народ русский. Земля - дело, Богом народу данное, и в писании сказано: «Множитесь и заселяйте землю».
А что же в эти два года сделано? Уставные грамоты насильно и облыжно подписаны, земля у народа урезана, оброки повышены; позволен выкуп, т. е. за свою же землю крестьяне должны денежки заплатить, да еще не по своей оценке, а по чиновничьей. Сбираются заставить и государственных крестьян за свои же земли казне выкуп заплатить, знать, казна-то помещик! Нет, это не Божье дело, это насильство властей, не от Бога поставленных.
Воля народная значит, что народ должен управляться мирским согласием да своими людьми выборными, а не приказными людьми и не помещиками. Землею владеть без всякого оброка и выкупа, каждому с мирского согласия безобидно. Денежный сбор на общее дело вершить с общего согласия и по мирской раскладке, а не отдавать последнее достояние чиновникам, чтоб тратили - куда никому не известно, или попросту сказать - грабили.
Воля значит, - чтобы суд был вершим людьми выборными, которым народ верит, вершим по совести человеческой и по разуму народному, а не навязан приказными, неведомо отколь взятыми, народом не прошенным, - судящими по законам, неведомо кем и для кого писанным.
Наступает время, когда нам приходится думать уже не об одних принципах нашей программы, но и об их детальной практической разработке. События русской жизни приобретают такой быстрый и угрожающий ход, что мы можем оказаться внезапно перед перспективой общего кризиса, когда будет поздно обдумывать нашу программу и организовывать средства для ее исполнения. Момент будет упущен, и русская либеральная партия прежде, чем доказать свою способность к созидательной работе, будет оттеснена в самый важный и критический момент другими элементами, более крайними и решительными.
Теперь или никогда нам надо приступить к более обдуманному и планомерному участию в освободительном движении страны. Теперь или никогда нам необходимо занять самостоятельную и твердую позицию, которая дала бы нам возможность в развертывающемся ходе событий сказать свое обдуманное и определенное слово и сомкнутой колонной стать на защиту тех начал, которые мы исповедуем, как священные основы либерализма.
Для того чтобы занять такую позицию, мы должны освободить ее от всяких принципиальных колебаний и сомнений; мы должны ясно и твердо [о] сознать наши собственные начала и отмежеваться от других направлений, которые этих начал не принимают. И прежде всего нам необходимо определить себя и резко отмежеваться от того мечтательного славянофильского либерализма, который считает возможным осуществить реформу русской жизни в союзе с самодержавием.
Как бы кто из нас ни оценивал монархическое начало, мы все безусловно отвергаем смешение этого начала с самодержавием. Мы признаем, что в современном русском самодержавии монархический принцип имеет если не злейшего врага, то опаснейшего союзника, что русское самодержавие, делая монархический режим игрушкой в руках бюрократической олигархии, превращая его в тормоз свободного развития России, дискредитирует и подкапывает самую идею монархии. С самодержавием следовало бы бороться даже во имя монархии, не говоря о других принципиальных и практических основаниях.
После смерти Оливера Кромвеля 3 сентября 1658 г. тело «узурпатора» похоронили в Вестминстерском аббатстве, являвшейся древней усыпальницей английских монархов. Титул лорда-протектора перешел к его сыну Ричарду, который не имел абсолютно никакого авторитета в армии. Среди генералов началась борьба за власть, в ходе которой даже была сделана попытка снова созвать «охвостье» Долгого парламента, разогнанного Кромвелем 12 декабря 1653 г. Часть генералов и офицеров под натиском народного недовольства склонялась к демократическим преобразованиям.
В этих условиях имущие классы обратились к идее восстановления монархии Стюартов. Организатором переворота стал генерал Монк, командовавший английскими войсками в Шотландии. Монк вступил в тайное соглашение с претендентом на английский престол сыном казненного короля Карлом II, находившимся в Голландии в эмиграции.
Якобинцы пришли к власти в самый критический момент для республики. С севера, востока, юго-востока и юга на Францию двигались пять иностранных армий. Осажденный прусскими войсками гарнизон в Майнце героически сражался под командованием Клебера. Армия герцога Йоркского осадила Валансьен, испанцы продвигались к Байонне и Перпиньяну. В Ванде вспыхнуло контрреволюционное восстание, охватившее весь запад страны. Английский флот оказывал поддержку мятежникам и блокировал французские порты. Корсика отделилась от Франции и перешли под покровительство Великобритании. Жирондистские депутаты, бежавшие из Парижа, подняли восстание в Бордо и департаментах Эр, Кальвадос и Финистер. К середине июня из 83 департаментов 60 были охвачены мятежом. Власть Конвента простиралась над Парижем и его окрестностями, а также на центр и северо-восток Франции, опоясанным со всех сторон контрреволюционным огнем[1].
