[1] Рисовая водка.

[2] Таро Кацура (1847-1913) - премьер-министр Японии в 1901-1905 гг., 1908-1911 гг. и 1912-1913 гг. В его правление была развязана война против России.

Текст воспроизведен по изданию: Хрестоматия по новой истории: Второй период: Пособие для учителя / Сост. П.И. Остриков; Т.В. Алентьева; П.П. Вандель; И.Г. Жиряков; Г.И. Зверева. - М., 1993. C. 139 - 140.

1. Внедрение в японскую экономику капиталистической системы уничтожает отеческие и сердечные отношения между хозяевами и работниками. Условия труда будут определенно ухудшаться, если рабочие не объединятся для борьбы с капиталистами, если они не поймут, что только объединившись в собственный союз они смогут содержать свои семьи, не вынуждая работать своих жен и детей...

3. Вот как следует организовывать союзы:

а) в каждом городе, где имеется более семи лиц одной профессии, создается местный союз;

б) различные союзы одного города объединяются в местную федерацию;

в) местные союзы объединяются в национальные;

г) национальные отраслевые союзы объединяются в общенациональную федерацию.

4. Одной из самых важных задач союзов станет взаимопомощь рабочих путем создания фондов продовольственной помощи за счет ежемесячных членских взносов. В Соединенных Штатах рабочие союзы собирают очень большие средства, распределяемые в виде помощи среди их членов в случае смерти, болезни, увольнения или безработицы и субсидии во время забастовок для обеспечения минимальных жизненных потребностей.

Текст воспроизведен по изданию: Хрестоматия по новой истории: Второй период: Пособие для учителя / Сост. П.И. Остриков; Т.В. Алентьева; П.П. Вандель; И.Г. Жиряков; Г.И. Зверева. - М., 1993. C. 138.

[1] Мейдзи ("просвещенное правление") - название годов правления (1867-1912) императора Муцухито, утвердившегося у власти в результате революции 1867-1868 гг.

[2] Название правительства сёгуна (главнокомандующего), свергнутого революцией 1867-1868 гг.

[3] Название крупнейших японских концернов, монополизировавших значительную часть финансов, промышленности и транспорта страны. Распущены после поражения Японии во второй мировой войне.

Текст воспроизведен по изданию: Хрестоматия по новой истории: Второй период: Пособие для учителя / Сост. П.И. Остриков; Т.В. Алентьева; П.П. Вандель; И.Г. Жиряков; Г.И. Зверева. - М., 1993. C. 132 - 133.

В Японии, которая была еще сельскохозяйственной страной и не имела таможенной автономии[1], покрытие огромных расходов на военные нужды, на строительство образцовых предприятий и содержание огромного штата чиновников, естественно, зависело от поземельного налога. Вот почему было очень важно, чтобы эти бюджетные поступления государства были постоянными... Нужно было, чтобы тот, кого закон считал собственником земли, нес ответственность за уплату налога с каждого акра земли, независимо от того, кто ее обрабатывает. Было еще одно коренное отличие этого налога от старого: в период феодализма при определении суммы налога руководствовались принципом взимать как можно [131] больше, оставляя производителю такое количество урожая, которое было едва достаточным для поддержания его существования, или, применяя распространенное в то время выражение, стремились "сделать так, чтобы крестьянину осталось только на жизнь, но не больше". Кроме того, прежняя система взимания налога была основана на коллективной ответственности села, разделенного для удобства управления на пятидворки. Эта система еще более ухудшала и без того крайне тяжелое положение крестьян. При новом правительстве обязанности уплаты налога были перенесены с производителя на землевладельца. Крестьяне теперь были освобождены от оков феодализма и в то же время избавлены от мелочной опеки своего господина, который раньше был обязан следить за тем, чтобы они "не могли ни жить, ни умереть". В новом обществе они были свободны определять свою участь - жить или умирать, оставаться на земле или продать ее и уйти в город. Таким образом, большинство сельского населения хотя и было освобождено от оков феодализма, тем не менее не могло рассчитывать на защиту своих интересов со стороны государства; последнее видело свою задачу в охране интересов помещичьего класса, которому оно гарантировало право частной собственности на землю.

[1] Таможенная автономия - право устанавливать таможенные тарифы по своему усмотрению.

Поэтому можно с уверенностью считать, что данный документ опубликован Чжоу Личунем в Цзядине 12-13 сентября 1853 г. (10-11-го дня 8-го месяца 3-го года «Сянь-фэн»).

Товарищество Справедливости и Возрождения, следуя великому учению о трех великих началах, волею воспринятой от владыки - все войско подвластное мне, командующему, явилось в уезд и овладело уездным городом [Цзядинем]. Захвачены чиновники-казнокрады. Третьего дня все четверо ворот города были накрепко закрыты, лазутчики пойманы. Кого следовало среди чиновников убить, те убиты, а кто имел возможность сбежать, тот убежал. Четверо ворот открыты. Вам нельзя прятать алчных чиновников, о них следует сообщать, явившись в юань, за что по имеющимся условиям будут выданы награды. Если же найдутся такие, кто не станет сообщать, они в разной степени понесут наказание.

Текст воспроизведен по изданию: Кузес В.С. Шанхайское восстание «Союза малых мечей» (1853-1855 гг.). - М., 1980. С. 192.

ТОВАРИЩЕСТВО СПРАВЕДЛИВОСТИ И ВОЗРОЖДЕНИЯ.

Публикуется для успокоения народа: Я, командующий, получил приказ всевышнего владыки, веду войско, чтобы покарать за насилие, с намерением уничтожить алчных чиновников-казнокрадов, но отнюдь не для того, чтобы причинить вред хорошим людям. Местные бандиты воспользовались случаем и учиняют разбой и насилие над женщинами. Все пострадавшие семьи могут немедленно обратиться с жалобами в мой юань. Я немедленно направлю большое войско для их [бандитов] уничтожения, чтобы поотрубать им головы и выставить для всеобщего обозрения, дабы этим водворить порядок на местах. Вы, жители, можете спокойно заниматься своим делом. Зловредные чиновники и мелкие казнокрады разбежались и попрятались в добропорядочных семействах, но последние должны немедленно явиться в мой юань и прежде всего сообщить об этом, Если они будут скрывать и не сообщат об этом, то как только это будет выяснено, эти семейства будут считаться соучастниками преступления. Об этом объявляется в воззвании, и мы надеемся, что с этим ознакомятся все военные и гражданские лица данного уезда. Во всех уездах после неурожайного года алчные чиновники безжалостно продолжают свои вымогательства и народу трудно существовать, поэтому настоящим передаю приказ владыки: все налоги, денежные и натуральные, полностью отменяются, все преступники, на которых имеются дела, поголовно освобождаются и могут возвращаться в родные деревни. Торговцы и купцы могут перемещаться по-прежнему, лавки и магазины не следует закрывать. Все местные буяны и мироеды, в прошлом бесчинствовавшие элементы должны немедленно изменить свое поведение. Приказываю начальникам «бао» [по системе «баоцзя»] указанных мест совместно со старейшими людьми прибыть в мой юань для получения от них гарантий и [191] освобождения от возможных обвинений. После опубликования воззвания, если по-прежнему будут совершаться незаконные действия, по выяснении будем строго карать.

Все должны с трепетом подчиняться и не преступать это.

Это специально публикуется!

3-й день 8-го месяца 50-го года.

[Печать Товарищества Справедливости и Возрождения]:

Тех, кто разгласит военную тайну, - казнить,

Тех, кто учинит насилие над женщинами, - казнить,

Тех, кто будет препятствовать провозу продовольствии, казнить,

Тех, кто будет незаконно прятать беглых, - казнить,

Тех, кто нарушит воинскую дисциплину, - казнить,

Тех, кто разглашает ложные слухи и вводит народ в заблуждение, - казнить,

Тех, кто выведывает военные секреты, - казнить,

Тех, кто от страха не станет наступать, - казнить.

Текст воспроизведен по изданию: Кузес В.С. Шанхайское восстание «Союза малых мечей» (1853-1855 гг.). - М., 1980. С. 191-192.

Величайшими нашими врагами в настоящее время являются дьявольские чиновники и дьявольские войска, но отнюдь не народ. Следует знать, что народ совершенно безвинен, как же можно безжалостно губить его! Все же находятся китайские и иностранные бродяги, пришедшие из разных провинций, повсюду творящие произвол и тревожащие безвинных людей. Более того, бесчинствующие бандиты получают покровительство и действуют по подстрекательству дьявольских солдат. Они собираются в банды по три-пять человек, разнузданно беснуются, наносят вред народу. Все это является величайшим непростительным злом. Я, генералиссимус, только что приказал своим офицерам произвести расследование и арестовывать [виновных] с целью усмирить бессмысленную жестокость, искоренить насилие и успокоить хороших людей.

Ведь люди по внешнему облику похожи, хорошие перемешаны с плохими, и часто трудно отличить одних от других. При аресте солдатами бандитов возможны случаи, когда по ошибке могут быть схвачены хорошие люди. Как только это обнаружится, следует тут же объявить об их невиновности и немедленно освободить. Надеюсь, что народ нашего уезда будет осмотрителен и без угрозы со стороны бандитов не будет впадать в панику. Особенно тщательно следует контролировать собственные действия, дабы избежать того, чтобы тебя уличили по ошибке. «Достойныи человек не будет стоять под опасной стеной, дабы избежать неожиданного несчастья». «На бахче не надо снимать с себя башмаки, а стоя под сливой, не надо поправлять головной убор» [не быть заподозренным в воровстве]. Такое ясное поучение имеется в древних книгах [«Гу Юэ-фу»]. Всем следует соблюдать это и не изменять ему.

Я, генералиссимус, уже приказал офицерам обратить на это внимание - хватать бандитов и не задерживать хороших людей. В случаях же, если будут пойманы дьявольские солдаты или бандиты, немедленно под арестом направлять в мой юань, там за это будет тут же выдано большое вознаграждение. Следует отличать черное от белого, не следует, как увидишь человека, туг же хватать его. Тот же, кто будет нарушать это [повеление], после серьезного расследования не получит прощения. Я, генералиссимус, обеспокоен страданиями народа и глубоко опасаюсь, что они затронут невинных людей. [190]

Об этом специально оповещается и строжайше не следует преступать этого!

Текст воспроизведен по изданию: Кузес В.С. Шанхайское восстание «Союза малых мечей» (1853-1855 гг.). - М., 1980. С. 190-191.

Чэнь Алинь, заместитель генералиссимуса, облеченного светской и духовной властью Небесного государства великого спокойствия (Тайпин-тяньго) миловать и карать, объявляет следующее:

Вы подвергаетесь обману и вреду со стороны дьявольских чиновников, вас намереваются уничтожить как сорную траву и истребить под корень. Через посредничество Вэнлая [вероятно, Вайли или Брульона] передаются Н-ое число пропусков помилования [избавления от казни] (тому, кто сдастся цинской стороне. - В. К.). Однако как только вы получите такой пропуск, сразу же причислите себя к тем, кто сам сознался в этом. В будущем же власти данного уезда будут проверять и до основания расследовать это. Всем без исключения близким родственникам в данном районе этим [получением пропуска] будет нанесен вред, поэтому как можно скорее следует сдать или сжечь [пропуска], дабы этим избавить своих родных от впутывания в дело. Что же касается лиц, которые желают уйти и которые хотят остаться, то они должны исходить из веления собственной совести. Это не может быть навязано силой, все в конечном итоге относится к велению Неба. Я, генералиссимус, повинуюсь законам Неба и вообще не преследую и не обвиняю. Пусть все заключается в проявлении вашей собственной совести.

Об этом специально и оповещается.

11-й день 10-го месяца.

Текст воспроизведен по изданию: Кузес В.С. Шанхайское восстание «Союза малых мечей» (1853-1855 гг.). - М., 1980. С. 189.

Чэнь Алинь, заместитель генералиссимуса Небесного государства великого спокойствия (Тайпин-тяньго), облеченного светской и духовной властью миловать и карать, выпускает воззвание для оповещения:

Как известно, ломбарды были учреждены для того, чтобы создать удобства для народа. В нынешние времена ввиду того, что поднялось войско [произошло восстание], город закрыт и отделен от внешнего мира, дороги и пути заблокированы. Все это привело к застою повседневной деятельности населения и делает неудобными своевременные выкуп и закладывание вещей. Шести ломбардам ранее было приказано вне зависимости от времени до дня истечения полного года на равных основаниях не брать проценты, дабы этим путем население получило компенсацию. Об этом уже было выпущено воззвание. Ныне [188] вновь есть опасения, что выход и вход через городские ворота затруднены, объявления на городских стенах о выкупе вещей способствуют злоупотреблениям. По этой причине Великому генералиссимусу много раз сообщалось об этом. Общими усилиями была создана контора, чтобы вместо ломбардов за пределами города производить операции по выкупу и этим по возможности создать удобства для населения и преградить путь к злоупотреблениям. Ввиду этого выпускается данное воззвание для оповещения всех вас и всем следует оживить деятельность и не надо быть неблагодарными к проявлению мягкости. Это специально и объявляется.

Объявлено 4-го дня 5-го месяца 51-го года Да-Мин.

Текст воспроизведен по изданию: Кузес В.С. Шанхайское восстание «Союза малых мечей» (1853-1855 гг.). - М., 1980. С. 188-189.

Лю Личуань, генералиссимус, облеченный светской и духовной властью Великого Минского Небесного государства великого спокойствия [Тайпин-тяньго] миловать и карать, объявляв, настоящее воззвание по поводу происхождения человечества:

Бог, небесный отец, создал небо, землю, солнце, луну и звезды, цветы и плоды, траву и деревья, птиц и животных. Это произошло в самом начале всего сущего, еще до появления человеческой расы. «Бог создал человека из глины, земли и вдохнул в его ноздри дыхание жизни, и человек стал «живой душой». Бог создал сначала одного мужчину и одну женщину. Он погрузил в глубокий сон мужчину и, когда тот спал, Бог взял у него одно ребро и обрастил его плотью. И ребро, взятое Богом у мужчины, было превращено в женщину с тем, чтобы жизнь рода человеческого продолжалась беспрерывно из поколения в поколение. В те времена еще не было пяти хлебов (рис, просо, ячмень, пшеница, соевые бобы. - В. К.), и господь Бог повелел человеку для утоления голода собирать плоды деревьев. Отсюда видно, что, без сомнения, существуют основания глубоко верить в создание человека из глины. Часто мы видим, как дети для собственной забавы и без указаний на то со стороны взрослых людей лепят из земли фигурки человека. Такое развлечение может служить одним из подобных доказательств. В то же время тело человека выделяет пот, в котором наверняка содержится грязь или глина. Но откуда же, в конце концов, берется эта грязь [глина]? Ведь человек первоначально был создан из глины. Поэтому и эта грязь на нем может служить вторым доказательством [такого создания человека]. К тому же у женщины ребер на одно больше, чем у мужчины. Таким образом, мы имеем полное доказательство того, как появился человек. Все это истина, не вызывающая сомнений. В классических книгах говорится: первоначальный хаос породил две сферы [землю и небо], а эти две сферы родили четыре формы материи [металл, дерево, воду и огонь]. Все это также подтверждает вышесказанное. Каждый человек поклоняется предкам, с сыновней почтительностью относится к своим родителям и, напротив, не верит в бога, сотворившего небо и землю, все сущее и создавшего человечество. Какова же в конце концов причина того, что люди не только не верят в бога, но, напротив, заблуждаясь, верят еретическим божествам и поклоняются идолам из глины и дерева? Ведь человечество сотворено богом. Почему же оно не верит богу, а все также поклоняется буддийским и даосским еретическим божествам [духам]? Бог создал землю и людей за [186] шесть дней, седьмой день отдыха был назван воскресеньем. В этот день все люди прекращают работу и соблюдают святой день воскресенья.

Всем вам, солдатам, ученым и простым людям, надлежит скорее внутренне очиститься и ясно определить, где правда и ложь, где истина и ересь, скорее прозреть и поклоняться небесному отцу-богу. Ни в коем случае не следует быть введенными в заблуждение еретическим буддизмом и дьявольским даосизмом. Следует знать, что во времена трех династий - Ся, Шан и Чжоу - люди поклонялись богу, а книги, в которых записано о сотворении богом земли, неба и всего сущего, к несчастью, погибли при великом потопе. В дальнейшем император Цинь Шихуан сжег книги и закопал в землю конфуцианцев, все же древние книги он полностью уничтожил, не сохранив ни одной. Минский император Тайцзу Хун-у истребил дьявольскую нечисть [буддизм и даосизм], прекратил жертвоприношения и полностью уничтожил все ранее дарованные идолам посмертные почетные имена и титулы. Хун-у написал книгу, которая называлась «Цзян-цзи» («Толкование записей»). Однако буддийские монастыри не были еще уничтожены и корни зла не были еще истреблены. Затем в начале Цинской эпохи еретический буддизм и дьявольский даосизм вновь распоясались, и не было человека, кто бы указал народу на заблуждения. Люди ничего не знали о собственном происхождении, они не знали того, что три начала - небо, земля и человек - все же были созданы богом-отцом. Весь простой народ был введен в заблуждение лживыми речами еретических буддийских монахов и считал, что все ведет свое начало от Будды. В действительности же Будда родился в весьма героическую эпоху «Воюющих царств» [403- 221 гг. до н. э.]. Во времена Ханьского императора Мин-ди [58-75 гг. н. э.] буддизм начал распространяться в Китае. Отсюда весьма достоверно следует, что сотворение неба и земли действительно не имело никакой связи с Буддой. Награды, наказания, горе и счастье - все исходит от бога. По какой же причине всем терпеть одурачивание еретического даосизма и заблуждаться от слов, обманывающих весь мир? Бог всемогущ и всеведущ. Даже в самых незначительных и мелких делах вам невозможно обмануть бога. Все вы и каждый человек должны усердно и искренне, от всего сердца, поклоняться богу. Следует знать, что возжигание благовоний и сжигание ритуальных денег не имеют ни малейшего смысла, и если каждый человек утром и вечером будет молиться богу и к тому же соблюдать святой день воскресенья, можно будет освободиться от ереси и возвратиться на истинный путь, обрести умиротворение и утешение. Духи ереси желают жертвоприношений, хотят, чтобы все живые существа направлялись в храмы и давали обеты в оказании материальной помощи, и только тогда они согласятся на предоставление защиты и счастья. Люди режут быков и баранов и, [187] взяв с собой мясо и вино, идут в храмы, чтобы делать подношения идолам, а после этого узнают о счастье или горе, просят умиротворения. Еретические духи также требуют от людей сожжения большого количества бумажных денег. Разве это отличается от действий алчных и продажных чиновников?

Ныне вы, люди, счастливы тем, что есть человек, который указывает на заблуждения, и вы можете избавиться от ереси и возвратиться к истине. Все те, у кого на это есть решимость, должны как можно раньше исправиться с тем, чтобы достигнуть полного счастья.

Надеюсь, что всем об этом будет известно и, пожалуйста, поступайте без колебаний. Об этом специально и объявляется.

Текст воспроизведен по изданию: Кузес В.С. Шанхайское восстание «Союза малых мечей» (1853-1855 гг.). - М., 1980. С. 186-188.

Лю, Великий генералиссимус Небесного государства великого спокойствия (Тайпин-тяньго), публикует данное воззвание по поводу исправления нравов, уничтожения еретических учений, дабы наставить людей в исполнении ими небесного долга по отношению к правителю и родителям:

С древнейших времен легендарных императоров Яо и Шуня и трех первых династий (Ся, Шан, Чжоу), когда в Китае еще не был известен буддизм, правители были просвещенными, а министры - преданными долгу. Счастье было длительным, процветание - бесконечным, житницы были полны зерном, народ жил в радости. Истины буддизма в основном проникли в Китай в период правления Ханьского императора Мин-ди (с 58 г. н.э.). В последующие эпохи последователи буддизма открыто говорили: «Буддизм изначально обладал естественностью, воплощенной в его «фа-шэнь», совершение добрых дел в течение всей жизни составляло его «бао-шэнь». Соединяясь вместе с «чжэнь-шэнь»[1], оба они составляли триаду, которая представляет собой единое целое. Философ Хань Юй эпохи Тан говорит: «В Поднебесной [в Китае] на протяжении трех первых эпох царило великое спокойствие. До глубокой старости народ жил в радости и спокойствии. Тем не менее в Китае все же еще не было буддизма. Во времена императора Мин-ди эпохи Хань появляется буддизм, вслед за чем смуты и погибель стали следовать одни за другими. Жизнь императоров (после Мин-ди) была недолгой. После эпох Сун, Ци, Лян, Чэнь и Юань-вэй поклонение Будде [182] постепенно обрело почтение. С течением эпох этот процесс особенно ускорился. Император эпохи Лян У-ди в разное время трижды «уходил от мира» для поклонения Будде и умер с голоду в Тайчэне [Запретном дворце императора]. Исходя из этого и обозревая буддизм, можно также уяснить, что он не заслуживает того, чтобы ему поклонялись. Что же касается даосов, то их рождение начинается с Лао-цзы: Сунский философ-конфуцианец Чжу-си говорил: «Поскольку первоначальное почтение к Небу как раз не было у Лао-цзы «фа-шэнь», небожитель великой монады также не был у него «бао-шэнь». Поэтому, хотя здесь и наличествуют эти два элемента, в целом это не тождественно тому, что имеется у Лао-цзы. Он именует самого себя «тайшан-лаоцзюнь» (небесным Лао-цзы). Поэтому в сравнении с буддизмом даосизм представляется особенно абсурдным. Лао-цзы является всего лишь душой, оставшейся после смерти человека. Как же он может самолично поселиться выше небесных богов? Сунский император Хуэй-цзун глубоко верил в даосизм, исполнял все его ритуалы и жертвоприношения. В конце концов он дошел до того, что воля и рассудок его стали неясными. Он погубил свою семью и скатился до положения пленника варварских племен. Храм предков императорской семьи, бразды правления - все было утрачено, а это вполне достаточное предостережение. Но вот последователи буддизма и даосизма с помощью всякой лжи и выдумок восхваляют друг друга, обманывают и дурачат народ, наносят жестокий вред людям и к этому больше нечего добавить. По этому поводу всех вас, образованные люди, предостерегаем о том, что отныне не следует вновь благоговеть перед буддийскими и даосскими монахами. Если же найдутся обманутые всякими заблуждениями безграмотные мужчины и женщины, то разве это удивительно. Если же найдутся люди, которые уже читали произведения святых людей и мудрецов, но по-прежнему остаются непонятливыми [к данному разъяснению], то это уже будет как-то отличаться от безграмотных последователей [буддизма и даосизма]. Судя по тому, что буддизм вышел из западных регионов [относительно Китая], его еретическое учение первоначально распространялось в других иноземных странах и только в эпоху Хань буддийские каноны начали переводиться на китайский язык. Тогда еретическое учение, не соответствующее принципам справедливости и морали, стало быстро (как тучи при ветре) распространяться по Китаю. Его последователи, не обремененные долгом [к императору] и сыновней почтительностью, стали один за другим постригаться в монахи, а долг и почтительность, долженствующие быть в отношении суверена и родителей, напротив, были преданы забвению. Лентяи с нетвердым поведением и моралью сменили свои одежды на буддийские и стали проявлять намерения уклоняться от уплаты налогов государству. Снова, потребляя в речи понятия открыть «три дороги» и [183] закрыть «облачный путь», они стали врать заблуждающим людям и одурачивать народ, побуждая его добиваться достоинств и пренебрегать законами государства и авторитетом казенных учреждений. Мужчина рождается, стареет, болеет и умирает, что, конечно, предрешено волей Неба. Добро и зло, благо и несчастье - все то, чем силы человека могут управлять. Богатство и знатность, бедность и смиренность определяют величиной заслуг человека. Буддийские же монахи, будучи невежественными, только и твердят, что все исходит от Будды, в действительности же - это сплошное надувательство. Эти монахи узурпировали авторитет суверена, считают себя обладавшими огромной властью создавать все сущее, чем причиняло вред государству, а это в высшей степени ненавистно. В настоящее время во всей стране насчитывается более 100 тыс. буддистских монахов, которые могут немедленно жениться и образован 100 тыс. семей, растить сыновей, воспитывать дочерей. Сыновей и дочерей взращивают до 10 лет, затем еще наставляют и обучают их в течение 12 лет, чтобы они могли заняться земледелием. «Даже если один мужчина не пашет, то кто-то страдает от голода». К тому же, какая масса тех, кто не пашет и не сеет. Если строго не воспрепятствовать такому положению, то сколько вреда они смогут причинить!

Ведь человечество является созданием Вселенной [Неба и земли], и оно послушно следует циклам матери-природы. Более того, родители обладают добротой растить [детей]. В течение 10 [лунных] месяцев мать вынашивает ребенка в себе, испытывая неисчислимые горе и трудности. Когда же наступает срок родов, матери часто подвергаются смертельной опасности. После рождения младенца настает время хлопот по его вскармливанию. Младенец еще не достиг полных трех лет, но уже умеет плакать. Он еще не может словами выразить чувства счастья, гнева, скорби и радости, и родители, слыша его плач, не знают, какова тому причина. Когда холодно, его одевают, когда он голоден, ему готовят пищу. Если все это не соответствует желаниям младенца, то родители в конце концов не спят ни днем, ни ночью. Когда же младенец начинает говорить и ходить, родители торопятся найти для его обучения наставника, они напрягают все силы, чтобы прокормить его до зрелого возраста. И тогда они снова выбирают для него занятие, чтобы он смог стать ученым, крестьянином, ремесленником или торговцем. Потом подбирают ему достойную невесту, чтобы он мог жениться, и только тогда родители начинают обретать покой. Поскольку те, кто является родителями расходуют массу энергии и проявляют максимум заботы, они претерпевают тысячи горестей и трудностей, чтобы взрастить детей. Тем же, кто является детьми, в период, когда родители живы, как можно им не исчерпать всего на пути сыновней почтительности, предоставляя [родителям] для питания все самое лакомое, чтобы этим [184] выразить чувства благодарности за доброту? После того как родители умерли, опять-таки, разве можно соглашаться с лживыми словами буддийских и даосских монахов, читать буддийские и даосские каноны, полностью воздерживаться от жертвоприношений, дабы этим добиваться вечной жизни душ умерших в царстве Будды? Подобные действия более всего не свойственны сыновней почтительности. Раз уж при жизни родителей [дети] не были в состоянии полностью следовать путем сыновней почтительности, то что пользы после их смерти читать буддийские и даосские каноны? Непросвещенные люди вносят деньги на восстановление буддийских храмов, возжигают благовония и сжигают ритуальные деньги и даже дают деньги и драгоценности на покрытие позолотой статуй Будды. В таком случае, почему бы не использовать эти деньги, чтобы купить все необходимые предметы для почтительного преподношения усопшим родителям в храме предков? Какая на самом деле польза в том, что, отделившись от родителей, их больше не содержат и тратят материальные средства и деньги для того, чтобы от всего сердца подносить все это вылепленным из глины и вырезанным из дерева идолам? Святые люди говорят: «Из множества добродетелей самой главной является сыновняя почтительность». Мы, братья семейства Хун, считаем поэтому самым сокровенным долгом преданность и искренность выражения патриотизма. Тем, кто является сыновьями, необходимо с сыновней почтительностью относиться к родителям. Тот, кто, будучи подданным, не проявляет сыновней почтительности, в равной степени не может заполучить защиту бога (Неба).

После опубликования данного воззвания, всем вам, кто впал в заблуждения еретических учений, следует как можно раньше прозреть и, просим вас, не задерживаться в этом. Отбросьте еретические учения, исправьте нравы. Не следует больше поклоняться идолам и входить в храмы для возжигания благовоний и сжигания ритуальных денег. Соблюдайте экономию, не следует зря тратить [деньги]. Кормите свои семьи, относитесь с сыновней почтительностью к родителям.

Я, генералиссимус, проповедую преданность правителю, сыновнюю почтительность и экономию, чтобы не было ничего иного, как действия, согласные с древними законами государства и установлениями Великого государства Мин. Помимо этого у меня нет других мыслей. Надеюсь, что все, без отлагательств, примут это к руководству.

15-й день 4-го месяца 1854 г. Небесного государства великого спокойствия (Тайпин-тяньго).

[1] «фа-шэнь» (100) (санскрит - Dharmakāya) - ум и душа Будды как противоположность его материальному существу. Сущность бытия, абсолют, норма вселенной. Приблизительно соответствует духовному или истинному воплощению Правды и Закона; «бао-шэнь» (санскрит - Sambhogakāya) - вознаграждающая сущность Будды. Сущность наслаждения заслугами, достигнутыми им на степени бодисатвы, т. е. Будда в его славе на Небе; «чжэнь-шэнь» (101) - истинная сущность, суть правды. Будда как абсолют, истинная природа Будды.

Текст воспроизведен по изданию: Кузес В.С. Шанхайское восстание «Союза малых мечей» (1853-1855 гг.). - М., 1980. С. 182-185.

Чэнь Алинь, заместитель генералиссимуса, облеченного светской и духовной властью Великого государства Мин, публикует данное воззвание-предостережение:

В настоящее время дьявольские солдаты уже принялись нападать на английские войска, что неизбежно приведет к конфликту и больше ни к чему. Всем нашим братьям ни в коем случае не следует переходить через мост Янцзин или продвигаться далее района ипподрома. Опасаюсь лишь, что дьявольские солдаты, полные интриг и коварства, будут пользоваться нашей одеждой, и тогда нашим братьям, в случае, если они будут беспорядочной толпой находиться в одном месте, трудно будет избежать [181] несчастий во время обстрелов из ружей и пушек. После того как дело дойдет до этого, раскаиваться будет слишком поздно. Ввиду этого выпускается воззвание с предостережением нашим братьям. После оповещения не следует праздно бродить вокруг моста Янцзин и в других районах. Если кто-либо осмелится намеренно нарушить это [указание], будет наказан согласно закону. Все должны с трепетом подчиняться и не преступать этого [повеления].

1-й день 3-го месяца 51-го года Да-Мин.

Текст воспроизведен по изданию: Кузес В.С. Шанхайское восстание «Союза малых мечей» (1853-1855 гг.). - М., 1980. С. 181-182.

Великий генералиссимус Лю Личуань, облеченный светской и духовной властью Небесного государства великого спокойствия (Тайпин-тяньго) миловать и карать, публикует настоящее воззвание с объявлением наград за поимку предателя Пу Синъюйя.

В прошлые годы указанный Пу Синъюй упорно держался дьявольских войск, а затем стал просить братьев Хунмэн [«Триада»] о помощи, чтобы изыскать пути и средства, дабы обрести освобождение и таким путем получить возможность сохранить доброе имя своей семьи. В прошлом году этот Пу Синъюй вошел в соглашение с дьявольской армией, и в конце концов дело дошло до черной неблагодарности. Страстно желая получить чиновничий титул, он переметнулся к дьявольской нечисти. Покрыв себя несмываемым позором, не ответив ничем на полученную благосклонность, он с пренебрежением бросил братьев Хунмэн, о чем нельзя было вначале и предполагать. Однако указанный Пу Синъюй не окончательно еще потерял совесть и в общем чувствовал, что попал не туда, куда нужно, и намеревался возвратиться на родину. Он также опасался, что может быть убит дьявольскими солдатами. Узнав, что я, генералиссимус, поднимаю в Шанхае [восстание] во имя справедливости и широко объединяю храбрецов и героев, он привел подчиненное ему войско обратно и стал преданным мне, генералиссимусу. В то время он еще помнил, что в отношениях со старшими надо следовать повелениям Неба, а в отношении нижестоящих необходимо поступать в соответствии с чувствами народа.

Только что мне стало известно, что в этом месяце отец и старший брат указанного Пу Синъюя нашли прибежище у главы дьявольской армии Гирканы. Они были подкуплены и стали подговаривать злодея Пу, чтобы ворваться в наши малые восточные [180] ворота и захватить артиллерийский форт. Указанные злодеи, будучи совершенно вероломными, фактически вовсе потеряли всякую совесть, и разве следует позволить им вести свою нечестную жизнь, чтобы наносить вред народу?

Я, генералиссимус, волею Неба облеченный властью, намереваюсь собрать воинов гуманности и справедливости для поимки дьявольских злодеев. Перед всеми моими верными долгу гражданами в случае, если они смогут поймать злодея Пу Синъюя и доставить его к малым восточным воротам, мною, генералиссимусом, последние будут открыты, чтобы приветствовать этих граждан и выдать им награду в 3 тыс. юаней. Если же возможно будет схватить и доставить отца и старшего брата злодея Пу, будет выдана награда в 2 тыс. юаней.

Это воззвание следует неукоснительно выполнять, и это непраздные слова. Каждый из вас, граждан, должен проявить чувство долга и изловить дьявольских злодеев, чем заслужит добрую репутацию и к тому же увеличит свое богатство, прославив свое имя в Поднебесной. Я, генералиссимус, глубоко надеюсь на это.

По этому поводу и публикуется воззвание и за поимку объявляется награда. Надеюсь, что все будут об этом уведомлены.

25-й день 1-го месяца 4-го года «Цзя-янь» Небесного государства великого спокойствия (Тайпин-тяньго).

Текст воспроизведен по изданию: Кузес В.С. Шанхайское восстание «Союза малых мечей» (1853-1855 гг.). - М., 1980. С. 180-181.

Как известно, горы и реки во всей империи могут принадлежать только достойным, благородным людям. Так, во время трех монархов и пяти императоров жили благородный Шунь для того чтобы оказывать помощь императору Яо, и необыкновенно талантливый, великий Юй, чтобы помогать императору Шуню.

Настоящее официальное письмо направляется специально для того, чтобы поставить Вас в известность, что мое овладение Шанхаем не ставило целью достигнуть какого-то влияние. В действительности оно совершено потому, что Небо повелело поступить таким образом. Войскам, находящимся под моей командой, я уже отдал повеление не причинять ни малейшего ущерба имуществу населения. Как всем хорошо известно, вследствие этого сердца жителей данного города как внутри, так и за его пределами обращены ко мне. Несколько дней назад я достиг взаимопонимания с купцами Ваших уважаемых стран в том, что Вы не должны оказывать ни поддержки моей армии, ни помощи маньчжурам. Земли, принадлежащие главарю нечисти Сяньфэну, на девять десятых уже потеряны, и недалек день его поражения и гибели. В то же время мой Небесный владыка (Тайпин тянь-ван) уже завладел городом Золотого холма [Нанкином]. Без всякого труда он подряд захватывает цинские города, его сила внушает трепет всей Вселенной. Недавно он снова направил большую армию в наступление на Пекин, и в ближайшее время этот город падет. Я уже установил контакт с Тайпин тянь-ваном и обменялся с ним письмами, ибо мое войско и армия тайпинов представляют собой единое целое, и Китай ныне действительно идет в ногу с другими иностранными державами. Когда я овладел Шанхаем, я договорился со всеми странами о ведении торговли, как и в обычное время. Одновременно в соответствии с просьбами консулов всех стран я отдал строгий приказ подчиненным мне воинам, запрещающий посягать на спокойствие торгового люда в районе к [178] северу от города, дабы этим способствовать искренним и дружеским отношениям между странами. Но вот недавно из слухов я узнал, что иностранный корабль У Цзяньчжана встал на якорь во внутренней протоке у северной части моего города. Я отдал приказ моим воинам тут же отправиться и забрать с корабля находившееся на нем вооружение и боеприпасы. Но мои воины увидели, что там американский консул командует подчиненными ему солдатами, которые забрали с корабля вооружение и боеприпасы и унесли в свое расположение. В то время я не счел необходимым вести по этому делу споры. После этого вышеназванный У Цзяньчжан снова возвратился в Шанхай, и американский консул, несмотря ни на что, передал все это снаряжение и боеприпасы вместе с навигационными картами цинским войскам, к тому же он стал наставлять их в деле строительства артиллерийских фортов. Как известно, ими уже сооружены орудийные лафеты для использования их при наступлении на город. Обо всем этом мои воины неоднократно докладывали мне, но я еще не верил этому. Однако два-три дня назад несколько цинских солдат пришли в город и лично мне подтвердили, что это имело место, и я начал верить в незаконные действия американского консула. В настоящее время оборона города очень прочна, воины мои - отборные, продовольствия достаточно, и нам нечего страшиться. Если бы город столкнулся с трудностями, мой небесный владыка Тайпин тянь-ван в Нанкине отнюдь не стал бы спокойно сидеть и наблюдать, не оказав нам помощи. С американским посланником Маршаллом и консулом Канингхэмом я уже достиг определенного взаимопонимания, а они все-таки втайне совершают противозаконные действия, и это в самом деле непостижимо. Но эти их акции я делаю достоянием всего света. Как помнится, в прошлом месяце мое войско вступило в центр уезда [Шанхай] и мои воины хотели убить У Цзяньчжана, но я, памятуя о земляческих чувствах, специально отдал приказ об избавлении его от казни. Тогда У Цзяньчжана и его семью всего лишь взяли под арест. В это время американский консул Канингхэм обратился ко мне с просьбой проявить особое внимание и высшую снисходительность и разрешить У Цзяньчжану возвратиться на родину. Чтобы сохранить свою дружбу с Америкой, я приказал тогда своим воинам под охраной вывести его из города. Мой владыка Тайпин тянь-ван в Нанкине, узнав об этом, особо упрекнул меня за эти действия. Ныне я нахожусь в хороших отношениях со всеми странами, тогда почему они помогают не мне, а, напротив, тайно оказывают помощь злодеям-маньчжурам? Я почтительно и весьма искренне заявляю: поражение и гибели нынешней маньчжурской династии вот-вот наступят, и я глубоко надеюсь, что поскольку иностранные граждане разных стран не оказывают помощи моему войску, они не должны поддерживать и маньчжуров. В настоящее же время У Цзяньчжан снова поставил [179] на якорь свой иностранный корабль против причала фирмы «Джардин - Матисон». Я желаю уничтожить его, чтобы не дать возможности замешаться среди иностранных торговых судов. Письмом довожу об изложенном до Вашего сведения и с уважением шлю Вам свои комплименты.

22 октября 1853 г.

Текст воспроизведен по изданию: Кузес В.С. Шанхайское восстание «Союза малых мечей» (1853-1855 гг.). - М., 1980. С. 178-180.

Великий генералиссимус Лю Личуань, облеченный светской и духовной властью Тайпин-тяньго миловать покорных и карать непослушных, выпускает для оповещения воззвание:

Уже с самого начала, с тех пор как во имя справедливости было поднято наше войско, не было, как правило, случаев насилия над женщинами и грабежа; затем были также отменены местные налоги сроком на три года, это и было гуманными, человеколюбивыми устремлениями. Зловещие войска неоднократно атаковали город и вступали в бои. К счастью, опираясь на покровительство бога, среди населения в городе не было убитых и раненых. Разве это не хвала тем, кто следует повелениям Неба? Цинские войска совершенно озверели, творят насилие над женщинами, грабят, и нет того зла, которого они бы не совершали. Но и в этом войске хорошие и плохие люди перемешаны. Там есть люди, желающие покинуть мрак, перейти на сторону света, прибыть к нам, чтобы проявить свою искренность. Наше войско не отказывается принять их, опасаюсь лишь, что в их среду могут затесаться предатели и разбойники, вот почему это нежелательно.

В связи с этим выпускается для оповещения воззвание о том, что мои военные приказы очень строги. Куда бы ни пришла великая армия [шанхайцев], она не причинит вреда ни на волосок, и народу нет нужды впадать в панику. Если же дьявольские солдаты посмеют творить смуту, то нечего и говорить, что они будут перебиты. В случае, если кто-нибудь сможет кого-либо [из бандитов] скрутить и препроводить в юань, то как только будет проведено выяснение обстоятельств, тому немедленно будет пожалована большая награда. Тому из нашего войска, кто сможет поймать командира цинской армии, будет выдаваться награда в 10 тыс. лян серебром. Тому же, кто сможет отрубить голову какого-либо командира дьявольской армии, [177] будет в награду выдаваться 1 тыс. лян серебром. Образованные люди, крестьяне, ремесленники и торговцы, все, кто мог содействовать нашему войску, в равной степени должны получать подобные же награды. После выпуска этого приказа следует немедленно по фактическим делам судить о заслугах. Деньги ждут, и я ни под каким видом не откажусь от своих обещаний. Надеемся, что этому [воззванию] будут почтительно следовать и не будут [его] нарушать.

Текст воспроизведен по изданию: Кузес В.С. Шанхайское восстание «Союза малых мечей» (1853-1855 гг.). - М., 1980. С. 177-178.

Великий генералиссимус Лю Личуань, облеченный светской и духовной властью Тайпин-тяньго миловать покорных и карать непослушных, выпускает воззвание для успокоения народа и водворения порядка на местах:

Мною ранее уже был отдан приказ, повелевающий закрыть в разных местах города ворота с тем, чтобы охрана города стала еще более строгой и чтобы при такой уверенности не было бы страха. В настоящее же время стало известно, что среди народа распространяются слухи, сводящиеся в конце концов к тому, что будто бы приехавшие из разных стран люди могуг атаковать центр уезда [Шанхай]. Но я, генералиссимус, еще веду, как обычно, торговлю со всеми странами: следует знать, что торговые отношения разных стран распространяются в равной степени на всех [партнеров] вне зависимости, Мины это или Цины, и отнюдь не имеют тенденции поддерживать только Цинов. Несколько дней назад консул Англии Алькок совместно с консулами других стран опубликовал обращение для успокоения жителей и убеждал народ спокойно заниматься своим ремеслом. В связи с этим я оповещаю, чтобы все лавки и магазины в городе и за его пределами как можно скорее открылись и вели торговлю, как обычно. Если же появятся бесчинствующие [176] бандиты и осмелятся под разными предлогами творить беспорядки, то санкционирую немедленно схватить их и препроводить в юань для строгого наказания по закону. Приказываю отдать распоряжение начальникам во всех районах, чтобы они по мере необходимости проводили проверку и специальным прошением докладывали. Не следует никого скрывать из личных соображений! Об этом строго специально объявляется.

Все должны почтительно повиноваться и не нарушать этого.

24-й день 8-го месяца 3-го года «Гуй-чоу» Тайпин-тяньго.

Текст воспроизведен по изданию: Кузес В.С. Шанхайское восстание «Союза малых мечей» (1853-1855 гг.). - М., 1980. С. 176-177.

Если сравнить этот документ с предыдущим, то видна непоследовательность в датировке воззваний, выпускавшихся даже в один и тот же день. Лю Личуань для датировки своих воззваний уже пользовался хронологией тайпинов, в то время как его ближайший помощник Линь Афу публиковал свои документы от имени государства Мин.

Линь Афу, заместитель генералиссимуса, облеченного светской и духовной властью Великого государства Мин, выпускает воззвание об официальном назначении наград:

Как известно, сначала, когда наше войско было поднято в Шанхае во имя справедливости, народ и армия проявляли друг к другу искренность, чувствовали и выражали самые подлинные любовь и уважение друг к другу и в это время представляли собой единое целое. Нашим войском было объявлено, что все могут, как обычно, спокойно заниматься своим делом. В связи с этим генералиссимус настоятельно оповещает всех [175] и выражает надежду, что грамотным людям и народу не должно бояться.

В недавнее время, как выяснилось, появились бандиты, которые, находясь в сговоре с вражескими войсками, проникли в город и на его окраины с целью устройства беспорядков, они надевают красную и белую одежду, и их очень трудно отличить от братьев нашего войска. Сейчас уже поймано несколько сот таких бандитов, на их имущество наложен арест. По этому поводу выпускается воззвание об официальном назначении наград: всякий из наших солдат или жителей, кто поймает одного бандита, немедленно получает награду 1 юань серебром, поймавшему 10 человек выдается награда в 10 юаней серебром.

Все должны подчиняться этому.

23-й день 8-го месяца 1-го года Великих Минов.

Текст воспроизведен по изданию: Кузес В.С. Шанхайское восстание «Союза малых мечей» (1853-1855 гг.). - М., 1980. С. 175-176.

Текст воспроизведен по изданию: Кузес В.С. Шанхайское восстание «Союза малых мечей» (1853-1855 гг.). - М., 1980. С. 175.

Как известно, Шанхай является торговым портом, и все, занимающиеся торговлей, должны вести ее как обычно, а не переезжать в панике [в другие места], что в результате приводили к застою рынка. Мы уже выпускали воззвание, чтобы успокоить народ, и приказывали, чтобы все мирно занимались своим ремеслом, но вот магазины и лавки сочли наше распоряжение формальным документом и по-прежнему остаются закрытыми. Ввиду этого еще раз выпускается повеление, чтобы оно было вами немедленно принято как руководство к действию и все магазины были бы открыты без сомнений и выжидания. К тому же нами отдано приказание командирам, чтобы они направили солдат для круглосуточного патрулирования и инспекции, дабы в указанных местах не было бы решительно никаких грабежей и прочих несчастий. Если же бандиты затеют беспорядки, их надо немедленно связать и отправить в юань для суда и наказания по военным законам. Всем вам следует почтительно повиноваться [этому повелению] и не надо оттягивать время. Если же кто-либо осмелится нарочно медлить, то ведь военные законы уже существуют, и не надо думать, что они не быстро действуют.

Текст воспроизведен по изданию: Кузес В.С. Шанхайское восстание «Союза малых мечей» (1853-1855 гг.). - М., 1980. С. 174.

Объявляется по поводу запрещения злостным посредникам придерживать товары и взвинчивать цены:

Как известно, государство является основой существования народа, а народ может жить, лишь потребляя пищу. Ежедневно люди должны есть три раза. Все их пропитание для поддержания жизни состоит из риса. Сам же Шанхай не является городом, производящим рис. Весь рис полностью привозится сюда из окружающих районов, и этим оказывается помощь в пропитании населения. Уже ранее в нашем повелении указывалось, что лавки, торгующие рисом, должны по-прежнему закупать рис и пускать в продажу заготовленное зерно. К тому же, когда [173] наступает время созревания хлебов, цены на рис и зерно должны быть низкими. Ныне же, по имеющимся сведениям, появились злостные посредники, которые намеренно взвинчивают цены на рис и доводят бедное население в обеспечении ежедневной нормы потребляемой пищи до трудностей, а это крайне возмутительно. В запрещение этого, помимо тайного наблюдения и принятия строгих мер, и выпускается данное воззвание. Если же вновь злостные посредники будут утаивать товары и взвинчивать цены, то такие проступки настоятельно следует исправлять. Но если проверками будут вскрыты такие действия, то за это будем отдавать под суд. Опасаюсь, что подобные тяжелые преступления невыносимы, и я, генералиссимус, не стал бы учинять наказаний, не наставив прежде людей. Настоятельно не рекомендуется рассматривать [данное воззвание] как формальный документ. Об этом специально и объявляется.

Текст воспроизведен по изданию: Кузес В.С. Шанхайское восстание «Союза малых мечей» (1853-1855 гг.). - М., 1980. С. 173-174.